ИСКУССТВО

ЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Джоансен Айрис

Донованы - 02. Стихия страсти


 

Здесь выложена электронная книга Донованы - 02. Стихия страсти автора, которого зовут Джоансен Айрис. В библиотеке nordicstar.ru вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Джоансен Айрис - Донованы - 02. Стихия страсти.

Размер файла: 124.87 KB

Скачать бесплатно книгу: Джоансен Айрис - Донованы - 02. Стихия страсти



Донованы – 2
OCR and Spellcheck Анна.;
Оригинал: Iris Johansen, “Tempest at sea”, 1983
Аннотация
Известный режиссер, мультимиллионер и донжуан, Джейк Доминик был удивлен, обнаружив ночью на своей яхте Джейн – участницу студенческой акции протеста. А дальше его ждало еще большее потрясение. Эта удивительная девушка заставила его по-новому взглянуть на свою жизнь. Охваченный глубоким чувством, он решается ради любимой на самую большую жертву – навсегда отказаться от своего счастья…

Айрис ДЖОАНСЕН
СТИХИЯ СТРАСТИ
Глава 1
Было около полуночи, когда желтый «Фольксваген» тихо вырулил к причалу пустынного порта. Внезапный порыв ветерка закрутил вокруг маленькой машины легкую дымку тумана и качнул головки искусственных маргариток, прикрепленных к антенне. Фары погасли. Сидевшие в машине девушки принялись напряженно вглядываться в полумрак безлюдного причала.
– Вот видишь, я же говорила, что все обойдется! – с беззаботной улыбкой воскликнула Джейн Смит. – Люк обещал, что в это время никого не будет, – и действительно никого нет. Здесь вообще только один сторож, и он начнет обход не раньше чем часа через два.
Пенни Ласситер недовольно покачала головой:
– Господи, ну до чего же ты легкомысленна, Джейн! Пойми, если тебя не обнаружат здесь, то непременно схватят на яхте. Ведь это частное судно, тебя просто-напросто упекут за решетку!
Она нервно пригладила пышные каштановые волосы. Пенни никак не удавалось убедить подругу в безрассудности ее затеи.
– Чепуха! – упрямо возразила Джейн. – Может, это и выглядит не совсем законно, но ведь на самом деле я не собираюсь совершать ничего преступного! Только напишу на стене лозунг, чтобы привлечь внимание общественности. Должно же это дело наконец сдвинуться с мертвой точки! Кроме того, Люк сказал, что если даже меня и сцапают, то судья ограничится простым предупреждением. К студенческим акциям протеста они относятся довольно снисходительно.
Пенни Ласситер нахмурилась:
– Если все так просто, почему Люк сам не взялся за это? Почему отправил тебя?
Глядя на встревоженное лицо подруги, Джейн не смогла сдержать вздоха. Люк появился в их группе несколько месяцев назад, и Пенни сразу невзлюбила его. Этот молодой человек почему-то не вызывал у нее доверия, хотя они, казалось бы, были единомышленниками. Пенни разделяла убеждение Люка и Джейн в том, что они должны выступить против строительства атомной станции к северу от Майами. Но способы, при помощи которых Люк собирался достичь желаемого, ей представлялись чересчур радикальными и даже опасными.
– Люк не может все делать сам, – терпеливо внушала Джейн. – Ему удалось проникнуть на яхту, когда туда завозили продукты, и все разузнать. Но его там видели и наверняка смогут опознать, если случайно заметят снова.
– Проникнуть на яхту? – повторила Пенни. – Ну и выраженьица появились у тебя! Как у бывалой разведчицы. – Она обеспокоенно покусывала губы. – И зачем только я позволила им втянуть тебя в эту группу?! Любому ясно: полумерами ты не ограничишься и будешь идти до конца. Тебе ведь непременно надо изменить весь мир, и желательно сию же минуту. – Нахмурившись, она добавила:
– И все-таки хочу предупредить тебя: то, что ты затеяла на этот раз, намного серьезнее твоих предыдущих проделок. Все может закончиться большими неприятностями.
– Обещаю, что буду очень осторожна, – примирительно сказала Джейн и ласково погладила Пенни по плечу.
За тот год, что они прожили в одной комнате общежития Майамского университета, Джейн привыкла к нотациям подруги и даже не пыталась возмущаться и выступать против материнской опеки, которую Пенни установила над ней. Джейн слишком рано потеряла родителей, ее воспитывал суровый дед, и она постоянно переезжала с места на место вместе с такими же, как и она, детьми военнослужащих. Непростая жизнь научила ее ценить чью-то привязанность и любовь. Джейн воспринимала их как сокровище, которое никому не дается просто так, как нечто само собой разумеющееся.
Но Пенни не обратила внимания на попытки подруги успокоить ее. Взгляд ее пробежал по хрупкой фигурке Джейн, облаченной в черный обтягивающий свитер, темные джинсы и черные парусиновые тапочки. В этом наряде девушке никак нельзя было дать ее двадцати лет: она выглядела скорее пятнадцатилетним подростком.
– Ну к чему ты вырядилась как разбойница? Зачем это нужно?
– Сама толком не знаю, – смущенно призналась Джейн. – Решила, раз в кино так одеваются, значит, для этого есть какие-то основания…
– И все-таки ты совсем спятила, если надеешься проскользнуть незамеченной на яхту.
– А я прикрою волосы! – с озорным огоньком в глазах заявила Джейн, натягивая поношенную вязаную шапочку на свои непокорные рыжие кудри. – И обернусь туда и обратно в два счета.
– Ты прекрасно понимаешь, что я имела в виду совсем не твои волосы, – в отчаянии пожала плечами Пенни.
Слова Джейн были связаны с их давним, затяжным, так ничем и не закончившимся препирательством. Джейн нисколько не ценила свою внешность, и особенно ее раздражала копна ярко-рыжих волос. Но, что бы она ни предпринимала, непослушные кудри по-прежнему буйно вились вокруг головы. Свои необычные золотисто-карие глаза, опушенные длинными темными ресницами, она называла кошачьими. Конечно, ее было трудно назвать красивой, но нежный, хорошо очерченный рот, огромные, широко распахнутые глаза и выразительная мимика делали ее лицо неповторимым, что в данной ситуации только увеличивало опасность.
Пенни не стала приводить этот довод, а попыталась зайти с другой стороны:
– Джейн, дело, которое вы затеяли, – полная бессмыслица! Не понимаю, почему вы остановили свой выбор именно на яхте Джейка Доминика. Он ведь не имеет ни малейшего отношения к строительству атомной станции!
– Ну, во-первых, Доминик только что закончил съемки фильма, где фигурирует атомная станция… Но главное не в этом. Люк выбрал Доминика, поскольку все связанное с ним вызывает неизменный интерес журналистов и, соответственно, публики. Обычный бизнесмен нам не подходит: на наше выступление просто не обратят внимания.
Как ни хотелось Пенни найти уязвимое место в этой мотивировке, ей нечего было возразить. Джейк Доминик был воистину «золотым мальчиком»! В двадцать пять лет он унаследовал баснословное состояние и в придачу к нему – судовладельческую компанию Домиников.
Впрочем, Джейк тут же передал другим все полномочия по ее управлению, а сам занялся режиссурой. И за последние двенадцать лет фантастически яркий успех на этом поприще мог соперничать только со скандальными историями его беспутной жизни. Необузданные выходки и многочисленные любовные связи Доминика сделали его притчей во языцах. Журналисты постоянно охотились за ним, вылавливая лакомые кусочки для очередных публикаций.
– Да, газеты, наверное, отведут этой истории всю первую полосу, но там же сообщат и о твоем аресте, – мрачно заключила Пенни.
Джейн мотнула головой и просительно дотронулась до ее руки:
– Не пугай меня, пожалуйста, Пенни! Я тоже не горю желанием, чтобы меня схватили. Но мы все предусмотрели. Увидишь, все закончится благополучно! – жизнерадостно заявила она и, перегнувшись через спинку, взяла с заднего сиденья рюкзак. – Это займет не больше часа. Доберусь на лодке до яхты, влезу по якорной цепи на борт, найду каюту Доминика и напишу на стене лозунг. Оставлю рюкзак с бомбой и вернусь назад, к причалу. Заедешь сюда за мной через час, и мы с тобой отправимся куда-нибудь есть пиццу! Но учти, свою стипендию я получу только через три дня.
Пенни начала сдаваться, невольно уступая напору подруги:
– Жаль, что ты вспомнила про эту чертову бомбу! Могла бы ограничиться одним только воззванием.
Джейн упрямо покачала головой:
– Как ты не понимаешь – на него могут просто не обратить внимания. Нам нужно вывести их из себя, чтобы они подняли как можно больше шума. Да не бойся, никакого взрыва не будет. Это же не настоящая бомба, а просто «вонючка». Люк смастерил ее в химической лаборатории. Он сказал, что, когда она трахнет, запах будет тошнотворный. Провоняет все – не только каюта, но и мебель в ней.
– Представляю. Люку, кажется, доставляет истинное удовольствие сделать кому-нибудь гадость, – едко заметила Пенни. – А что по вашему замыслу должен делать Джейк Доминик, пока ты будешь расписывать его каюту? Спать младенческим сном или аплодировать?
– Насчет этого не беспокойся, – радостно отозвалась Джейн. – Он все еще в Нью-Йорке. В утренней газете как раз появилась его фотография с одной из последних любовниц. Впрочем, – огорченно сказала она, – это даже плохо, что его нет на яхте. Окажись он там, о нас бы написали гораздо больше.
– Совсем с ума сошла! Окажись он там – и вся затея стала бы намного рискованнее, – резко осадила ее Пенни, пытаясь пригасить азартный блеск, промелькнувший в глазах подруги.
– Наверно, ты права, – покорно согласилась Джейн. – Кроме всего прочего, нам бы тогда пришлось принять во внимание не только Доминика, но и его подружку. Ведь во всякую свою поездку он берет с собой женщину.
– Эти сведения ты тоже почерпнула из бульварной прессы? – догадалась Пенни, встревоженно глядя на разгоряченную нетерпением подругу, и решила попробовать еще раз:
– Прошу тебя, оставь эту затею! Не стоит так рисковать.
– Стоит, – твердо возразила Джейн, и глаза ее посерьезнели. – Если веришь в свое дело, в его значимость, любой риск кажется оправданным. – Она наклонилась к Пенни и поцеловала ее в щеку. – Вот увидишь, все пройдет без сучка и задоринки. Не волнуйся ты так, ради Бога!
Пенни озабоченно и печально покачала головой:
– Они погубят тебя. В этом циничном мире нет места таким наивным и чистым дурочкам, как ты, Джейн.
– Значит, мне нужно отыскать в нем свою нишу, – беззаботно ответила девушка и, открыв дверцу, выскочила из машины. – Не забудь, я жду тебя через час!
Махнув на прощание рукой, она заторопилась к пирсу, где должна была ждать привязанная лодка.
* * *
…Открыв со всеми предосторожностями дверь каюты, Джейн бесшумно проскользнула внутрь и так же осторожно закрыла ее. Прислонившись спиной к двери, она постояла так некоторое время, давая глазам привыкнуть к темноте. Сердце билось в груди, как испуганная птица.
Сказать по правде, перед Пенни она храбрилась; сейчас вся ее затея выглядела совершенно иначе. Забраться на чужую яхту – это ведь все равно что залезть в чужой дом! Чтобы справиться со страхом и охватившей ее слабостью, Джейн прикрыла глаза. Сумела же она преодолеть эти чувства, когда начала карабкаться, как обезьянка, вверх по якорной цепи! Джейн невольно вздрогнула, вспомнив темную бездну под ногами, которая словно ждала, когда же она сорвется и рухнет вниз. Цепь, казалось, была бесконечной.
Зато после того, как она ступила на палубу, найти каюту Доминика не составило никакого труда. Люк нарисовал для нее план яхты и заставил запомнить его. Теперь оставалось закончить начатое. Поскорее бы! Слава Богу, это зависело только от нее. Чем быстрее она возьмется за дело, тем быстрее покончит с ним и вернется назад.
Глаза наконец привыкли к темноте, и Джейн смутно различила во мраке каюты огромную, королевских размеров кровать и кое-что из мебели.
В дальнем конце каюты, через полузашторенный иллюминатор, пробивался слабый свет.
Джейн решила, что для ее цели более всего подходит пустая стена напротив кровати. Сняв с плеч рюкзак, она достала баллончик с краской и, осторожно обогнув кровать, двинулась к стене. Пол устилал мягкий пушистый ковер, ноги утопали в его густом ворсе, и шаги были абсолютно бесшумными.
Подойдя к стене, Джейн на всякий случай провела ладонью по ее гладкой поверхности. «Еще не хватало залить краской какой-нибудь из шедевров Доминика!» – подумала она, вспомнив, что газетчики говорили про два его главных пристрастия: коллекция живописи и женщины.
К счастью, на стене ничего не оказалось. Набрав в легкие побольше воздуха, Джейн отступила назад и направила головку пульверизатора на стену. Можно было, конечно, включить фонарик, но она сразу отбросила эту мысль. А вдруг кто-нибудь заметит свет, пробивающийся из пустой каюты? «В конце концов, моя задача – написать лозунг, а не заниматься каллиграфией», – решила девушка и надавила большим пальцем на головку пульверизатора. Оттуда с легким шипением вырвалась тонкая струйка краски, и Джейн начала выводить нужные буквы.
Через несколько минут все было закончено.
Она закрыла баллончик и положила его в карман. Затем нащупала в рюкзаке таймер, подсоединила его к «бомбе», включила и осторожно опустила рюкзак на пол.
Люк сказал, что она сможет уйти совершенно спокойно: в ее распоряжении будет сорок пять минут на то, чтобы вернуться на пирс. Но Джейн не собиралась проверять, так ли это. Один только спуск по этой мерзкой якорной цепи займет не меньше пятнадцати минут! «Лучше поспешить», – решила она и быстро двинулась к выходу.
– Какого черта?! – внезапно услышала она резкий мужской голос.
Джейн в ужасе замерла, но только на мгновение. Без труда догадавшись, кому принадлежит этот голос, она бросилась к двери, но было слишком поздно. С кровати метнулась тень, и сильная рука, схватив ее за щиколотку, дернула на себя. Джейн потеряла равновесие и растянулась на ковре.
Но она не собиралась сдаваться так легко. Отчаянно извиваясь, Джейн пыталась сбросить с себя тяжелое мужское тело. Она изо всех сил молотила кулачками по широким мускулистым плечам, пока до ее сознания не дошло, что человек, с которым она так отчаянно борется, совершенно голый!
Не может быть! Проведя дрожащей ладонью вниз по широкой спине, Джейн коснулась упругих ягодиц и тут же отдернула руку, словно обожглась. Так и есть! Она не ошиблась.
– Что за чертовщина?! – пробормотал мужчина, когда он, в свою очередь, ощутил гладкую и нежную бархатистость кожи под задравшимся свитером Джейн. – Женщина?!
Он резко сдернул с нее вязаную шапочку, и кудрявые волосы Джейн сразу рассыпались по плечам.
– Еще одна! Две требовательные женщины в одну ночь – это, пожалуй, многовато даже для меня. Так недолго побить все рекорды! – Его рука неожиданно легла на грудь Джейн, и он мягко сжал пальцы. – А впрочем, почему бы и нет? Столь оригинальный способ… это даже возбуждает меня! – пробормотал Доминик и стиснул Джейн в объятиях.
Его намерения не оставляли никаких сомнений. Джейн почувствовала, как к ее лону прижалась возбужденная плоть, и протестующе дернулась, пытаясь вырваться.
– Не дергайся, черт побери! – повелительно проговорил он и впился горячими губами в ее губы.
У Джейн перехватило дыхание: еще никто никогда не целовал ее так. А Доминик властно раздвинул ее губы и проник в рот. Интимность этого поцелуя была поистине ошеломляющей. Его губы и язык с первобытной жадностью играли ее языком; быстрота этого натиска повергла Джейн в полную растерянность. И вдруг ее тело, ощутив страстное желание мужчины, откликнулось именно так, как и должно было откликнуться: жаркая ответная волна прошла по нему. Соски набухли и напряглись, губы сами невольно раскрылись шире, как бы приглашая его продолжить ласку.
Удовлетворенно вздохнув, он по-хозяйски сжал ее упругие груди, и это неожиданно привело девушку в чувство. К ней вернулось осознание происходящего. Что она делает?! Сама побуждает этого человека к насилию! Собрав все силы, Джейн снова попыталась оттолкнуть Доминика, но, кажется, только еще больше возбудила его.
Потише! – пробормотал он севшим голосом. – Сегодня я не в том настроении, чтобы вести любовные игры.
– Нет! Что вы делаете?! Я не хочу!
Но Доминик зажал ей рот поцелуем, заглушив протестующие возгласы. Джейн лихорадочно пыталась найти выход. Этот человек слишком силен, ей не справиться с ним… Но вдруг она поняла, что делать, и, не раздумывая, впилась в его губу острыми белыми зубами.
Вскрикнув от боли, он выпустил девушку из рук. Почувствовав себя свободной, Джейн мгновенно вскочила на ноги.
В какую сторону бежать? Несколько секунд глаза ее беспомощно блуждали по комнате. Наконец она разглядела очертания двери и рванулась к выходу.
Но она опоздала. Каюта озарилась ярким светом.
Глава 2
Сомнений не было. В дверях у выключателя стоял Джейк Доминик. Джейн сразу узнала это лицо, не раз мелькавшее на страницах газет и журналов. Высокие скулы, чувственный рот, темные выразительные глаза вызывали ассоциацию с Мефистофелем. Это впечатление усиливалось оттого, что одна бровь, приподнятая чуть выше другой, придавала его лицу постоянно насмешливое выражение. От него веяло скукой и пресыщенностью. Вот только беспорядочно вьющиеся, темные, несколько длинноватые волосы, растрепавшиеся от борьбы, не гармонировали с общим обликом. Они сейчас делали его похожим на дикаря. А уж то, что он был не одет…
Джейн старалась не смотреть на Доминика, но все-таки поняла, что так привлекало к нему многочисленных женщин. Высокий, широкоплечий, узкобедрый, он был наделен чисто мужским обаянием. На его груди, покрытой бронзовым загаром, четко выделялся темный треугольник густых курчавых волос, постепенно переходивших в узкую полоску, которая доходила до гладкого мускулистого живота.
Девушка быстро отвела взгляд, лицо ее вспыхнуло от смущения. А между тем сам Доминик держался настолько уверенно и непринужденно, словно на нем был по меньшей мере смокинг. Джейн же готова была провалиться сквозь землю: ей никогда не приходилось оставаться наедине с обнаженным мужчиной. Впрочем, сейчас ей следовало беспокоиться совсем о другом: Доминик был совершенно вне себя. Черные глаза метали молнии, ноздри гневно раздувались; прокушенная губа кровоточила и уже начала опухать.
Джейн замерла от ужаса, когда его взгляд остановился на стене за ее спиной. Обернувшись, она без всякого чувства удовлетворения рассмотрела дело своих рук: выведенные огромными буквами слова «НЕТ!», а потом, чуть ниже, – «АТОМНОЙ СТАНЦИИ».
«Как хорошо, что было темно, когда я это писала», – машинально подумала Джейн, понимая, что не отважилась бы испортить такую красивую – орехового дерева – панель.
К ее изумлению, Доминик не разразился гневной тирадой. Он перевел взгляд на Джейн, на шапку ее густых огненно-рыжих волос, широко раскрытые, полные испуга глаза… Задержавшись немного на ее розовых, чуть припухлых губах, он лениво прислонился спиной к стене и потрогал свою до сих пор кровоточащую губу. И хотя брови его все еще хмурились от гнева, в интонациях голоса проскользнуло легкое недоумение, когда он с некоторой растяжкой произнес:
– Черт возьми! Кажется, я не сумел справиться с юным террористом?
Джейн обиженно вскинула подбородок:
– Никакая я не террористка! – Она указала на надпись:
– Это мирный протест. Мы просто стараемся не допустить строительства атомной электростанции. Это совсем другое дело!
– Смотря с какой стороны взглянуть, – небрежно заметил Доминик. – Назовешь ли ты это «мирным протестом» или еще как-нибудь, все равно, согласись, закон был нарушен.
Джейн опустила голову.
– Да… Но только в том, что касается способа исполнения!
– Вот именно, способа! – резко бросил он. – Вандализм, порча чужого имущества, вторжение в частные владения, – Доминик осторожно прикоснулся к опухающей губе, – и нападение.
– Нападение?! – задохнулась от гнева Джейн. – Я всего лишь защищалась! Вы пытались меня изнасиловать!
– Изнасиловать?! – на этот раз возмутился Доминик, глаза его засверкали. – Я никогда не насиловал женщин! Ты сама этого хотела, моя юная террористочка. Ты же не станешь отрицать, что гладила меня?
– Я не гладила! Я просто… не могла поверить, что на меня навалился совершенно голый человек, – негодующе возразила она. – Неужели нельзя было лечь спать в пижаме?
Доминик был так удивлен, что весь его гнев сразу улетучился.
– Последний раз я надевал пижаму, наверное, лет в десять. После этого и думать о не забыл. – В его темных глазах промелькнул странное выражение. – Надеюсь, мне простят такую оплошность? Ко мне в объятия не так уж часто падают ночные взломщики… да еще и дети. Кажется, я не посылал тебе приглашение явиться сюда?
Как ни странно, его спокойный тон заставил Джейн окончательно пасть духом. Какая разница, что здесь произошло? Главное – ее схвати ли, и добром это, конечно, не кончится. У Доменика есть все основания предъявить ей серьезные обвинения.
– Если вы считаете, что я виновата, тогда предпочла бы, чтобы вы вызвали полицию, – удрученно ответила она.
– Ах да, полиция, – все так же спокойно кивнул Доминик. – Нам действительно следу обратиться к специалистам в этой области.
Он подошел к столику, на котором сто белый телефон, быстро набрал нужный номер не сводя глаз с побледневшей, осунувшейся Джейн, сказал:
– Привет, Марк. Извини, что потревожил. Но тебе придется спуститься ко мне в каюту. К нам забрался взломщик. – Положив трубку на рычаг, он тут же обратился к девушке:
– Он скоро придет, а пока не могла бы ты заняться моей губой? Она чертовски саднит.
Действительно, губа продолжала вздуваться. «Наверное, ему очень больно!» – виновато подумала Джейн и, не отдавая себе в том отчета, быстро шагнула к Доминику и кончиком пальца осторожно прикоснулась к кровоточащей ранке.
– Вам больно! Простите меня, пожалуйста, – прошептала она дрожащим голосом. – Но ведь вы сами напали на меня…
На ее глаза навернулись слезы, в голосе звучало такое искреннее сожаление, что даже недоверчивый Доминик не смог обнаружить ни тени притворства.
Он удивленно улыбнулся, темные глаза насмешливо заблестели:
– Террористка из тебя явно не получилась, – заметил он и мягко подтолкнул девушку к двери в другом конце каюты. – Посмотрим, может, роль доброй самаритянки тебе больше подходит?
Доминик распахнул дверь в ванную комнату, которая сияла всеми оттенками синего и голубого, и Джейн послушно вошла. Найдя на полке антисептик, она начала бережно промывать его губу. В какой-то момент Доминик слегка дернулся от боли, и девушка испуганно вскрикнула; в глазах ее тоже промелькнула боль. Эта способность так остро переживать чужую боль, казалось, настолько удивила владельца яхты, что он до конца процедуры не сводил с нее своих внимательных и насмешливых глаз.
Когда кровотечение остановилось, Доминик отвесил ей насмешливый поклон:
– Премного благодарен. Похоже, мне стало намного лучше.
Джейн облегченно вздохнула.
– Я рада, – просто сказала она и робко попросила:
– А теперь не могли бы и вы сделать для меня кое-что?
– И что же именно? – вкрадчиво спросил он, удивленно вскинув брови.
– Наденьте что-нибудь, пожалуйста, – попросила Джейн, и стыдливый румянец вновь вспыхнул на ее щеках.
Доминик хмыкнул:
– Ах, да! Совсем забыл, какое впечатление это на тебя производит. Но тебе придется пойти со мной: к сожалению, я не могу оставить тебя без присмотра.
Доминик неторопливо вышел из ванной и направился к стенному шкафу. Отодвинув дверцу, он снял с вешалки брюки и натянул их на себя, после чего облачился в кремового цвета спортивную рубашку. Сунув ноги в легкие мокасины, он поинтересовался все тем же насмешливым тоном:
– Довольна?
Джейн кивнула, стараясь не встречаться с ним взглядом.
– Я так и думал. Еще бы! Теперь моя задница не сверкает… Уверяю тебя, я не извращенец; это не в моем вкусе, – добавил Доминик уже серьезнее, жестом указав на обтянутое черным бархатом легкое кресло, стоявшее в двух шагах от исписанной ею стены. – Проходи, садись. Хочу задать тебе парочку вопросов.
– А разве мы не будем дожидаться полиции? – испуганно спросила Джейн, покорно усаживаясь в кресло.
– Думаю, сначала ты должна объяснить все мне. В конце концов, это ведь моя стена пострадала, а не чья-то другая.
Джейн снова окинула надпись огорченным взглядом:
– Неужели панель безнадежно пропала? Нельзя ли будет потом как-нибудь очистить ее? Она такая красивая…
Джейк Доминик вздохнул:
– Боюсь, уже ничего не поделаешь; можно только заменить облицовку. Ты неплохо поработала!
– А кто была та, другая? – неожиданно выпалила Джейн, ее золотисто-карие глаза с любопытством смотрели на него.
– Не понял? – озадаченно переспросил Доминик, присаживаясь на край кровати.
– Ну… вы обмолвились, что я была второй женщиной за эту ночь. А кто та, другая?
– С моей стороны было бы крайне неделикатно называть ее имя, – сухо ответил владелец яхты. – Могу сказать только, что вечером я общался с одной леди, у которой себялюбия намного больше, чем ума. – Его губы изогнула циничная усмешка. – Она рассчитывала, что сумеет заставить вспыхнуть угасшие угольки!
Джейн тут же догадалась, что он имеет в виду Денизу Паттерсон – ослепительную блондинку, популярную ведущую ток-шоу. Именно о ней шла речь в той заметке, из которой они с Люком сделали вывод, что Доминика нет на яхте. Неужели она ему надоела и он выпроводил ее? На мгновение Джейн ощутила сочувствие к этой женщине, которая хотела добиться внимания человека, потерявшего к ней интерес. Впрочем, судя по газетным сплетням, любовные связи Доминика обычно длились не более двух недель. И, глядя на его невозмутимое лицо и циничную улыбку, Джейн поняла, что так оно и есть. У этого человека было все, что только можно пожелать, он мог удовлетворить любую свою прихоть! Должно быть, это неизбежно вызывает пресыщение.
Доминик слегка нахмурился, заметив, с каким изучающим видом смотрит на него девушка.
– Я оставил тебя здесь не для того, чтобы удовлетворять твое любопытство! И все же не теряю надежды получить ответы на свои вопросы. Итак, как тебя зовут?
– Джейн Смит, – ответила она, размышляя о том, каким образом расстегнутая рубашка, приоткрывающая грудь, создает ощущение большей обнаженности, чем голое тело.
– Можно было бы придумать что-нибудь более оригинальное…
– Но так оно и есть на самом деле! – воскликнула Джейн, глядя ему в глаза. – Почему вы решили, что я обманываю? Ведь это так легко проверить.
Доминик пожал плечами:
– Ладно. А сейчас главный вопрос – почему ты выбрала именно меня?
– Дело в вашем новом фильме, – пробормотала Джейн. – В нем упоминается атомная станция.
Доминик недоверчиво покачал головой:
– Но это самый обыкновенный пошлый триллер, не претендующий ни на что большее!
Джейн стало ясно, что его не проведешь.
– Видите ли, мы хотели привлечь внимание общественности. И надеялись, что информация об этом появится на первых полосах газет…
Доминик поморщился:
– Наверняка. А могу я спросить, кто это «мы»?
Джейн встревоженно посмотрела на него округлившимися глазами и быстро проговорила:
– Это моя собственная идея, и ничья больше. К ней никто не имеет никакого отношения.
– Если ты честно признаешься полиции во всем и назовешь соучастников, они обойдутся с тобой помягче, – холодно обронил Доминик.
Джейн в ответ затрясла головой и снова упрямо повторила:
– Я не могу. Это моя идея. Никого со мной не было.
Странное дело, но упорное запирательство девушки, казалось, понравилось владельцу яхты, он с явной симпатией окинул взглядом ее хрупкую фигурку.
– Ты знаешь, что тебя ждут большие неприятности?
В глазах девушки промелькнул страх. Детские пухлые губы дрогнули.
– Да, знаю, – ответила она, – но… но все-таки к этому делу никто больше не имеет отношения.
Дверь каюты распахнулась. Трое здоровых мужчин ворвались внутрь и стремительно огляделись, ища злоумышленника. Джейн вздрогнула и подняла голову. Один из вошедших, в синем форменном кителе, с проседью в волосах и грубым обветренным лицом, видно был главным в этой троице. Двое других, одетые в джинсы и водолазки, были значительно моложе.
Брови Доминика насмешливо изогнулись, он лениво встал и обратился к седовласому:
– Привет, Марк. Как я посмотрю, ты не слишком торопился.
– Я разбудил Тома и Дика, решил, что нам понадобится их помощь. – Человек в кителе ошеломленно переводил взгляд с грубо намалеванной на стене надписи на хрупкую фигуру девушки, почти утонувшую в кресле.
– Думаю, мы сумеем справиться вдвоем. – Губы Доминика подрагивали от еле сдерживаемой улыбки. – Капитан Маркус, позвольте представить вам юную террористку Джейн Смит.
Девушка сердито посмотрела на него:
– Я же просила вас не называть меня террористкой!
– Прошу прощения, – вежливо склонил голову владелец яхты, застегивая распахнутую на груди рубашку. – Никак не могу запомнить, в чем разница.
Капитан, повернувшись к молодым людям, которые с трудом сдерживали ухмылки, видя, в какой просак попал их шеф, раздраженно приказал:
– Можете отправляться спать и передайте Джиму, чтобы он остался на палубе – на случай, если нам потребуется катер.
Резкая команда капитана мгновенно согнала кривые усмешки с лиц его подчиненных, и моряки, отдав честь, развернулись и ушли.
Когда Бенджамин Маркус повернулся к Джейн, лицо его было мрачнее тучи, и она почувствовала, как мурашки пробежали у нее по спине.
– Так что здесь произошло? – спросил он строго.
– Именно это я и пытался выяснить, когда твои молодцы ворвались в каюту, – лениво объяснил Доминик. – Похоже, что мисс Смит не пришелся по душе мой последний фильм, и она решила довести свое мнение до сведения общественности.
– Очень дорогостоящее мнение, я бы сказал, – хмуро заметил капитан. – Боюсь, вам придется посылать в Швецию за новыми панелями. – Прищурив глаза, он посмотрел на испуганную Джейн. – Что вы собираетесь с ней делать? Можно доставить ее на катере на берег. Но, если хотите возбудить против нее дело, вам тоже придется отправиться с ней.
– Наверное, так было бы лучше всего, – медленно проговорил Доминик, наблюдая за выражением лица девушки. – Ты готова ответить за свои поступки по закону?
Джейн нервно облизала пересохшие от волнения губы, поднялась на ноги и храбро вскинула подбородок. Однако, когда она начала говорить, голос ее звучал не слишком твердо:
– Да, мистер Доминик, готова. Может быть, все еще не так страшно. Я слышала, полицейские смотрят сквозь пальцы на студенческие акции протеста…
– Вас явно ввели в заблуждение, – резко бросил Бенджамин. – В полиции рассматривают само преступление – независимо от того, кто его совершил. Так что вас ждут большие неприятности, юная леди.
Доминик нахмурился и нетерпеливо перебил его:
– По-моему, ты уже до смерти запугал эту девочку, Марк.
Капитан пожал плечами:
– Пусть расплачивается за свою глупость, Джейк. За такие выходки людей надо сажать за решетку!
Услышав этот безжалостный приговор, Джейн побледнела и невольно схватилась за ручку кресла, чтобы не упасть. События разворачивались как в кошмарном сне.
Доминик тревожно взглянул на нее.
– И все-таки перестань запугивать ее, – повторил он. – Ты же видишь – это еще сущий ребенок!
– Нет, он прав, – быстро сказала Джейн и глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Но ничего не помогало: руки ее мелко дрожали, когда она непроизвольно оттянула воротник своего свитера. – Я знала, чем рискую!
– Но не настолько? – проницательно заметил Доминик.
– Все равно я поступила бы точно так же!
– Дурочка-идеалистка! – раздраженно воскликнул Доминик.
Взгляд Джейн на мгновение опалил его огнем и тут же вновь померк.
– Возможно, – еле слышно прошептала она. – Но я все равно буду продолжать начатое.
– Итак, что вы решили? – нетерпеливо спросил Бенджамин. – Будете настаивать на компенсации ущерба или?..
Раздражение в глазах Доминика снова сменилось иронией.
– Довольно трудно склониться к чему-либо определенному, – медленно растягивая слова, начал он. – Конечно, хотелось бы добиться возмещения убытков, но это потребует стольких хлопот…
Лицо Джейн озарилось надеждой.
– А с другой стороны – можно ли будет считать меня сознательным гражданином, если я начну потворствовать росту преступности среди молодежи? Как ты думаешь, Марк?
В ответ донеслось не то покашливание, не то насмешливое фырканье. Но Доминик, не обращая на это никакого внимания, направился к Джейн, взял ее за подбородок и заглянул прямо в глаза.
– Я предпочитаю компромиссный вариант, – небрежно бросил он. – Мы не станем сообщать в полицию о случившемся, если ты согласна поработать, чтобы возместить нанесенный мне материальный ущерб.
Джейн почувствовала такое облегчение, что у нее даже колени ослабели.
– Конечно, согласна! – горячо воскликнула она. – Я готова делать все, что прикажете!
– Все? – вкрадчиво переспросил Доминик. – Ты чересчур… порывиста, Джейн Смит.
В его голосе слышалось откровенное поддразнивание, и краска стыда вновь залила лицо Джейн. Но девушка твердо взглянула на владельца яхты.
– Я отработаю, мистер Доминик, – серьезно сказала она. – Вы так великодушно даете мне возможность исправить свою…
– О, я умею быть очень великодушным, когда захочу, – холодно бросил он.
– Так каковы же будут обязанности мисс Смит, чтобы заслужить ваше великодушие? – едким тоном уточнил капитан.
Доминик, все еще державший Джейн за подбородок, развернул ее лицом к капитану:
– А это я предоставляю решить тебе, Марк. Думаю, ты найдешь для нее какую-нибудь работу.
– Так вы хотите оставить ее на яхте? Ведь мы собирались на два месяца отправиться в плавание!
Доминик рассмеялся:
– Думаю, что два месяца – не слишком долгий срок. – Глаза его лукаво блеснули. – Обшивка была очень дорогой.
Капитан прищурился. Он уже заметил нетерпение, вспыхивающее в черной глубине глаз Доминика, и решил предостеречь его:
– Позволю себе напомнить: вы сами сказали, что она еще ребенок.
Лицо Доминика вспыхнуло, и он резко оборвал собеседника;
– Марк! Я беру ее с собой не для того, чтобы она грела мне постель! Она будет работать – вот все, что я имел в виду.
– И только? – с сомнением переспросил Бенджамин.
Невольная улыбка тронула губы Доминика.
– Черт подери! От тебя не отделаешься. Эта девочка меня забавляет, – пожав плечами, признался он. – Сегодня ночью я впервые за последнее время забыл про скуку.
– Вы собираетесь держать ее здесь как комнатную собачку? – напрямик спросил Бенджамин. – А может, нам спросить молодую леди, согласится ли она исполнять подобные обязанности? Возможно, ей придется не по вкусу шутовской колпак с бубенчиками.
– Полагаю, он покажется привлекательнее, чем решетка и скамья подсудимых, – вкрадчиво ответил Доминик. – А впрочем, почему бы нам и в самом деле не спросить ее саму? – Он испытующе взглянул на девушку, не вполне понимающую, о чем идет разговор. – Ну так что, Джейн? Полдня – рабского труда, полдня – роль шута! Как это тебе? Ты согласна?
После того что произошло, ее еще спрашивают о согласии! В душе Джейн пронеслась целая буря противоречивых мыслей. Что, интересно, он подразумевает под ролью шута? А впрочем, какая разница?! В Доминике столько обаяния, жизнь рядом с ним сулит так много волнующего и интересного! Вопрос в том, не соскучится ли с ней такой яркий и искушенный человек… Как бы то ни было, в ее жаждущей приключений душе вспыхнула искра, а безмолвный вызов на мрачном лице капитана подтолкнул Джейн к окончательному решению.
– Я согласна, – негромко ответила она.
– А как же родители? – напомнил Бенджамин. – Они обвинят вас не только в похищении, но и в растлении ребенка! Ведь ей наверняка нет еще и восемнадцати.
Джейн с негодованием ощетинилась:
– Через полгода мне исполнится двадцать один! А родители мои давно умерли, так что я могу делать что захочу.

Читать книгу дальше: Джоансен Айрис - Донованы - 02. Стихия страсти